Что ж, вот и написался очередной материал в раздел «Поиск». И снова запись будет не совсем обычной. Похоже, это станет традицией раздела.

Приближается 9 мая, а это самое время лишний раз вспомнить о судьбах солдат. Тем более что история, о которой я хочу вам сегодня поведать, лежит у меня в закромах уже почти 2 года. И я считаю это неправильным.


В мае 2015 года в адрес сайта пришло письмо, которое начиналось словами:

«Я, Кузнецов Иван, правнук Кузнецова Павла Николаевича, уроженца села Красный Яр Иловатского района Сталинградской области».

А ещё к письму прилагались документы и фотография того самого Павла Николаевича Кузнецова, судьбу которого описал его правнук. Судьба сложная, но, несмотря на многие испытания, счастливая. А поскольку история рядового Кузнецова связана с великолукской землёй, то, полагаю, будет она небезынтересна и жителям Великих Лук и Великолукского района.

Родился Павел Николаевич 1 февраля 1912 года. С марта 1938 года работал трактористом на Красноярской МТС. Спустя три года началась война, и уже 23 июня П.Н. Кузнецова мобилизуют в ряды Советской Армии.

Дома остались с тяжёлой ношей постоянного ожидания весточки с фронта жена Матрёна и трое детей – Иван, Антонина, Александр.

И приходили весточки, принося с собой такие новости:

«Зима, ночуем под открытым небом, землянка – роскошь», «Мы под Москвой. Сдерживаем фашистов», «Отбиваем атаки врага по нескольку раз в день, сами идём в атаку на фашиста», «Встретил земляков».

В декабре 1943 года вместо долгожданного письма в Красный Яр пришла похоронка. В ней сообщалось, что пулемётчик 396 отдельного пулемётно-артиллерийского батальона 118 укрепрайона, рядовой Кузнецов Павел Николаевич погиб 5 сентября 1943 года и похоронен в 200 метрах южнее д. Крутовраг Великолукского района…





На этом история жизни бойца могла бы закончиться, и его правнук, посетив братскую могилу в Крутовраге, прочитал бы на одной из стел имя своего прадеда. Имя, кстати, на стеле есть, но об этом чуть позже. А мы вернёмся в 1943 год.

Попав в тяжелейший бой, потеряв свою часть, Павел Николаевич 6 сентября 1943 года был взят в плен и вывезен в шталаг VIII-C города Заган (сейчас г. Жагань, Польша). Больше года пробыл в плену этот солдат. А в это время дома, не веря похоронке, его ждала семья. Были в селе случаи, когда на одного и того же человека приходило по несколько похоронок и извещений с разными датами. Как такому верить? Да и сердце говорило о том, что жив родной человек…





Среди военнопленных лагеря, где содержался Кузнецов, было много случаев неудачных побегов. Сбежавших пленных возвращали и брали под особый надзор. Спустя годы, Павел Николаевич сам рассказывал своим домочадцам о побеге из лагеря в феврале 1945 года.

Дело было так. Наслушавшись рассказов возвращённых беглецов, «намотав на ус» некоторые их советы, взвесив все «за» и «против», Кузнецов и ещё несколько военнопленных бежали из лагеря.

В окрестностях располагались немецкие сёла и поля со стогами сена. Вот сено и было выбрано в качестве укрытия. Беглецы рассеялись по полю, и каждый нырнул в один из стогов. Павел Николаевич спрятался в верхней части, другой солдат выбрал нижнюю.

Кузнецову повезло – штыки немецких солдат не достали до верха стога, и он остался жив. А вот второй беглец был убит. Судьбу остальных советских солдат, бежавших в тот же день из лагеря, Кузнецову узнать не довелось.

Трое суток просидел он в сене, боясь высунуться наружу. Временами сознание покидало его, жуткий голод готов был добить несчастного. На третий день ему удалось поймать курицу. Он разорвал её и съел. Спустя несколько суток упорный боец, едва живой, пересёк линию фронта и вышел к нашим частям.

После фильтрации Кузнецов был отправлен на Дальний Восток, на войну с Японией. К моменту прибытия Япония капитулировала, и настал долгожданный момент возвращения домой.

Встреча была радостной и горестной одновременно. Павел Николаевич вернулся домой с воспалением лёгких и хроническим острым ревматизмом. До конца дней болезнь не давала о себе забывать ни на минуту.

Но уже с 6 апреля 1946 года П.Н. Кузнецов выходит на работу. Почти десять лет работает помощником бригадира трактористов, затем трактористом и лишь в мае 1960 года уходит на пенсию по инвалидности.

Судьба, наплевав на похоронку, подарила солдату целых 18 лет жизни. Его не стало в сентябре 1961 года.

К сожалению, в связи со строительством каскада Волжских ГЭС в 1956-1957 годах село Красный Яр было перенесено из русла реки Волги на возвышенность. При переезде семья Кузнецовых потеряла все фронтовые письма главы семейства. Были утрачены и его трудовые послевоенные награды.

Письмо, полученное от правнука красноармейца, заканчивалось словами:

«Отдавая дань памяти всем ветеранам Великой Отечественной войны, вернувшимся с фронта и героически погибшим, я считаю своим долгом сообщить Вам вышеизложенную информацию о моем родственнике, воевавшем на территории Великолукского района Калининской области».

Наверное, к этим словам сложно что-то добавить…

А что же с именем на обелиске в Крутовраге?
Иван, разыскивая данные о своём прадеде, пытался узнать подробности его боевого пути, гибели, воскрешения и пленения. Он сделал запрос в ЦАМО и перелистывал документы на obd-memorial.

Там он и наткнулся на паспорт братского воинского захоронения в Крутовраге, а затем нашёл у нас на сайте фотографии, на одной из которых, действительно, есть стела с именем Кузнецова П.Н.

Но никакой ошибки здесь нет. В Крутовраге покоится полный тёзка героя нашего повествования. Младший сержант 385 гаубичного артиллерийского полка 263 стрелковой дивизии Кузнецов Павел Николаевич, умерший от ран 18 февраля 1943 года.

Вот такая история о жизни и смерти, о двух тёзках, волею судеб оказавшихся в разное время на нашей земле. Только один остался здесь навсегда, другому посчастливилось вернуться на родину.